СЕМЬЯ.

Завод.

Давно это было. Так давно,  что я сейчас уже теряюсь, было ли это вообще в моей жизни. Была прекрасная осень   «В багрец и золото одетые леса». Завод работал тогда хорошо, сухая осень   чистая свекла.  Чистая свела - хорошая фильтрация соков,  хорошая фильтрация   это хороший выход сахара.  Ночь. Я иду по кагатному полю. Тихо. Взглянув на небо  увидела россыпи звезд. Они были такие крупные  и так близко, что казалось,    вот подпрыгну и достану их рукой.  Что я и сделала. Подпрыгнув,  поняла, что лечу в гидротранспортер  по которому шла свекловичная смесь.  Уйдя с головой под воду, я вынырнула. Но не тут-то было. Фуфайка ,сапоги  упрямо тащили меня вниз. Транспортер был узкий и я застряла на повороте. Господи!,  я не знала что делать! Кричать было бесполезно, а сил выбраться,  не было ни каких. Вся одежда намокла. Развернувшись кое -как, я легла на откос. Он был грязным и скользким, начала расстегивать фуфайку. Ноги были плотно зажаты свеклой.  Я  не знаю,  для чего я это делала, но точно знала, что так надо. Освободившись от фуфайки,  попробовала освободить ноги. Никак не получается. Тогда  просто вытащила ноги из сапог, благо они были на два размера больше. Я сидела на фуфайке и плакала, потому что шести метровый откос одолеть сил не было. Вдруг я услышала голоса. Это были рабочие, которые подавали свеклу. Они шли на отдых. Я крикнула,  и они крючками вытащили меня наверх. 

    Вся в слезах я пошла в завод.  Не раздеваясь,  подошла к шлангу с водой и начала обливаться,  обмывшись,  зашла переодеться в свой кабинет. Села на стул и начала истерически хохотать над собой,  понимая, что могла утонуть в потоке свекловичной смеси. Потом мне придется еще много раз тонуть, но это будет потом. А пока я сижу и смеюсь, не зная, что утром на планерке будут обсуждать только меня.

       Получив по полной программе от директора,  вышла за ворота завода,  домой идти не хотелось. И круто развернувшись,  пошла в противоположную сторону от дома. Завод построен был на восточной стороне города. И больше никаких построек не было, только шоссе. Вот я и шла по шоссе.  КУДА? да в никуда. Надо было побыть одной.  НЕ ПЛАКАЛА! Я не хотела жить! Было стыдно, потому что  ВСЕ уже знали  о ТОМ,  как я купалась в транспортере.   Вдруг около меня останавливается машина. За рулем рабочий завода. Едет в деревню к родителям. Я сажусь в машину. И мы едем. Мимо окон машины промелькнула  березовая роща. Я остановила машину и вышла. Я шла к ним. И громко читала «ЛЮБЛЮ БЕРЕЗКУ РУССКУЮ, ТО ЯСНУЮ, ТО ГРУСТНУЮ, В БЕЛОМ САРАФАНЧИКЕ, С ПЛАТОЧКАМИ В КАРМАНЧИКЕ».

       Слезы высохли. Солнце отливало золотом на листве берез. Я жива, свободна      и счастлива.   Мягкая трава под ногами пружинила.  Я бегала  между берез, позабыв про обиду. Вдруг  увидела стог соломы и направилась к нему. Разворошив его,   уселась и закрыла глаза.  И опять как черно белое кино замелькали картинки из моей жизни.

Мне 18 лет,  я пришла и работаю на заводе в ТЭЦ .На ремонт меня взяли в бригаду по ремонту котлов. Бригада состояла из шести человек .Двое мужчин каменщиков и четыре женщины - подсобницы. Работа велась внутри котла. Приготовив раствор, через узкий лаз мы залезали в котел. И все, мы были предоставлены сами себе.  И вот однажды, получив зарплату,  каменщики запили.  Работа встала. А в котле, на всю высоту были собраны строительные леса. И мы залезали на них сидели, свесив ноги,  и пели песни. Оба каменщика, похмелившись,  лежали прямо на досках. – «Адаш, а  АДАШ» -  сказал один из них, - «А  что бы ты делал, если был бы царем?»   Другой помолчал и ответил: - «Я бы налил в бочку водки. Залез бы в нее .и пил бы через край»,  и он смешно показал, как бы он пил, так, что мы все громко рассмеялись

  « А давайте пить чай»- предложила одна из женщин, - «Я пойду за кипятком, а  Ирина пусть идет в  роспуск,  за сахаром. Она молодая, красивая. Ей дадут».  И подает  мне мешок. Ничего не думая и не подозревая,   пошла в роспуск. Да, там работали грузчики. Я подошла и попросила сахар. Они мне насыпали пол мешка. Развернувшись,  я уперлась в грудь женщины. Она подперла бока руками, чем то походила на букву  «Ф»  и громко мне сказала, - «Кто тебя послал?»  - «Никто, я сама». – « Не ври. Девки из ТЭЦ. Сама бы ты не догадалась,  вот поэтому я тебя отпускаю, но это будет первый и последний раз».  Я кивнула  и потащила мешок в ТЭЦ. Спустя немного времени познакомлюсь  с  ней,  это была Римма Георгиевна  -  нач смены рафинадного цеха.  Этот урок я запомнила на всю жизнь. И  всегда отпускала всех, кто первый раз попадался мне с сахаром

Картинки сменялись одна за другой. Вот я уже перешла работать  в лабораторию завода. А напротив лаборатории был кабинет гл инженера. Секретарем у него была пожилая женщина.  Ангелов Александр Иванович был чистым сахарником. Я,  таких как он, не знала,  настолько это был не предсказуемый человек. А руководитель  «От Бога»  .Его боялись так.....Как черт ладана. Упаси Господь сидеть на рабочем месте. Что тут было! Его крик заглушал шум завода!

    Однажды мне дали требование  и я пошла на подпись к нему в кабинет.  Около секретаря стояла рабочая охраны  Феня,  женщина  неопрятно одетая, с ярко накрашенными губами, во рту у нее была папироса « БЕЛОМОР». Я смотрела на нее, она на меня.  Все  знали, что у нее была беда с головой,  и  никто с ней не связывался.  Дверь в кабинет главного была открыта.  «Заходите» -  послышалось из глубины кабинета. Феня зашла первой, я за ней. «Ляксандр  ИВАНЫЧ», - начала Феня, - «подпиши требование на фуфайку, холодно на улице».  Ангелов протягивает руку, подписывает и отдает.

Она берет требование  и,  пятясь задом   и кланяясь,  говорит: - « Спасибо тебе,  Ляксандр Иваныч.  Вон ты какой хороший», - и дойдя до двери,  выпаливает, - «А люди говорят, что ты дурак!». - Папка со стола летит в Феню. Она выскакивает, я следом за ней, так и не подписав свое требование. – «ВОН!!!» - несется мне в след.

    Но никто никогда на него не  обижался.  Авторитет был  огромный и среди рабочих и среди ИТР. Он знал все и про всех. Обмануть его было нельзя. И я с этим столкнулась.    Меня временно посадили к нему секретарем.  И вот приходит крановщик с полей фильтрации и подает мне заявление  на отпуск.  Я взяла и начала регистрировать, но меня смутило, что оно было уже подписано Александром Ивановичем.  А подпись у него была смешная.  Буква А и рядом точка.  Я хотела спросить у крановщика,  когда он подписал заявление, но его и след простыл.  На другой день, рано утром раздается звонок и мастер полей фильтрации докладывает: - что кран стоит,  работа стоит, а рабочие сидят. Я положила трубку и пошла на доклад в кабинет. Выслушав меня, Ангелов рявкнул, - «Нач. ОК ко мне!».   Я  моментом скрылась в дверях. Вызвала нач. ОК,    продолжала печатать. Вдруг раздался звонок. это означало, что меня вызывают в кабинет.  Я взяла папку .с заявлениями, зашла в кабинет и положила на стол.  « Дочка», - сказал Ангелов, - «Ефремова вызови мне и пусть подождет в приемной».  Я пошла за крановщиком.

Позвав его,   вернулась на рабочее место.  Вот  что произошло в кабинете  со слов Ефремова.    Они остались в кабинете вдвоем.  «Скажи мне Володя,  почему ты не на работе?»  - «Я в отпуске». -   «А кто тебе его подписал?»  - «Вы Александр Иванович» -  «Но я не подписывал». Ангелов держал заявление в руках.  – «А подпись Ваша?»  - «Моя». – «Ну вот,  значит Вы»   - « Нет,  я не подписывал».  Вот так они долго перепирались. Наконец  Ангелов  устал.  Подошел, сел  рядом  и говорит  -  «Я  не буду ругаться,  если ты скажешь правду».  И Володя рассказал, что вчера захотели выпить после работы, он написал заявление,  а Сафонов, руководитель  работ,  подписал, подделав  подпись. Ангелов соскочил.  Заявление было порвано в клочья. Дверь распахнулась, Володя, пригнувшись,  выскочил из кабинета, а в след неслось – « Вооон!!! На поля фильтрации я  сказал!».

     Вспоминая,  я смеюсь громко. Кругом никого. По шоссе несутся машины. Я провожаю их взглядом,  словно вместе с ними провожаю свою прошлую жизнь. Вот так пронесутся года и моя жизнь на заводе. И никогда я не забуду свой последний день на заводе. Когда я пойму, что надо уходить именно сейчас, не раздумывая, сделаю это,  но даже сейчас, после стольких лет, у меня сжимается сердце от того, что я пережила, когда ушла.

      А пока солнце теплое гладит своими лучами мое лицо. Я лежу и смотрю в небо. Оно отдает синевой. Там высоко в небе,  парят птицы,  собираясь в стаи, чтобы лететь в теплый край Я кричу – «Птицы!  Птицы!  Подарите мне по перышку,  у меня вырастут крылья и, может быть, тоже сейчас приму решение и полечу с вами».

Но, то ли птицы не услышали меня, то ли лететь не очень хотелось,  встаю и иду к дороге, надеясь поймать машину. НАДО  возвращаться домой,  в реальность,  НАДО  жить,  НАДО работать.

                 И.К.А.Р.

Скоро ночь.

Листья  улетели
Вслед  за  птичьей  стаей.
Я  по  рыжей  осени
День  за  днём  скучаю.

Небо  загрустило,
Солнце  убежало…
Жаль, что  осень  тёплой
Долго  не  бывает!

Золотая осень.

Анекдот.

Возвращается муж с работы. Жена так радостно: — Оооо!!! Муж вернулся!!! У мужа — ступор, глаза стеклянные… Через несколько секунд пришёл в себя и как рявкнет: — Дура!!! Думай, что орёшь! Я ж чуть из окна не сиганул!!!

Сказка.

http://www.skazkipro.com/code/50RJGT01

Хотите попробовать почитать своему ребёнку персонализированную сказку? Мы готовы составить и прислать по емайл вам одну про вашего малыша бесплатно! Это, конечно, будет короткая сказка и без участия родственников ребёнка, но она поможет вам понять, что такое персонализированная сказка.

Если решите заказать книгу. то у Вас будет скидка 50%, так как я партнер сайта и провожу рекламную компанию. Скоро размер скидки будет уменьшен.

МАМА,

МАМА родилась в большой семье. Она была последним, шестым ребенком. И вот сейчас я, вспоминая ее рассказы,  не понимаю, КАК у малограмотных родителей могли родиться такие одаренные дети.  Все дети играли на музыкальных инструментах.   Два брата играли в духовом оркестре.  И когда началась ВОВ, имея  бронь,  ушли добровольцами на фронт.  Там перешли в разведку  и оба погибли под Ленинградом.  Сестра  мамы, Тамара, после семилетки, уехала в КУЙБЫШЕВ,  и одновременно училась в мед. училище   и балетной школе.  окончив учебу,  добровольцем ушла на фронт  и дошла до БЕРЛИНА. 

    Когда началась война,  мама поступила в институт, но, сдав однажды большую дозу крови, потеряла сознание.  Приехала ее МАМА и забрала ее.  Так она перевелась на заочное отделение.  ВУЗ был технический и ее,  по приезду домой, взяли работать в школу учителем математики.
    Вот так неожиданно к ней пришло призвание.  У нее был, как говорят, ДАР ОТ БОГА!

         В этом году школе, где мама проработала более 30 лет юбилей.  Мама, тогда в далеком 1963 году,  давала дошкольную педагогику в старших классах  и я часто бывала у нее на уроках, садилась на заднюю парту и с интересом смотрела и слушала как она давала теорию.  Как жаль, что Вы не были на ее уроках.  Каждый ее урок можно назвать шедевром. Да, она ДАВАЛА  предмет,  а  не читала его бегло, лишь бы отвести. И еще, если бы Вы  могли слышать,  как она разговаривала с учениками. Наверное,  я не смогу передать.  Отвечает ученик, она внимательно слушает,  не перебивая  и улыбаясь, как могла улыбаться только  моя мама, кивает головой, соглашаясь с ответом.  Не обращая внимания  на возраст, всех своих учеников она ласково называла - «МАЛЕНЬКИЙ МОЙ».  Вот,  маленький мой, как хорошо  подготовился. Сегодня,  совсем хорошо. Молодец. Спасибо!  Из глубины  класса тут же несется, - « САДИСЬ, ТРИ».  МАМА поворачивается на голос «Совершенно верно,  только три». И улыбка озаряла ее лицо, а в глазах было столько теплоты и доброты.

   

    А сколько идей было в ее голове!  Я помню тот далекий май1972 года!  Ей дали задание представлять на митинге свою школу. Дома она предложила мне просмотреть выступление своих учеников.  Они будут одеты все в белые костюмчики  и,  под музыку, будут,   перестраиваясь,  писать слова « МИР,ТРУД МАЙ» -говорила она мне. Я видела, как горели ее глаза. Потому  что это  придумала ОНА,  и в нашем маленьком городке еще не делал никто. Вдруг  сокрушенно мне говорит, - «ТУФЕЛЬКИ БЫ МНЕ,  НОВЫЕ,  НА КАБЛУЧКЕ».  И я поняла, что должна купить туфли, во что бы то ни стало! Лихорадочно думаю, где взять такую сумму денег?   Придя на работу,   узнаю,  что к празднику дали премию. Бегу в кассу.    У РА!   Получив деньги,  бегу отпрашиваться с работы на час. Отпускают! И через весь город в центральный универмаг,  галопом. Все делаю на бегу: влетела  в обувной отдел, подбегаю к знакомому продавцу  и,  задохнувшись, не поздоровавшись,  выпаливаю, - «ЛИДИЯ ИВАНОВНА, мне нужны туфли для МАМЫ! Сейчас!». Она уходит,  несколько минут томительного ожидания. Вот она появляется в дверях с заветной коробкой.   «Это от меня Людмиле Ивановне. Давно держала». Открываю коробку. То,  что надо!  Белые венгерские туфли на каблучке. Аккуратные  и заветные. Хватаю коробку,  прижимаю к груди,  бегу в школу .Надо сейчас! Только бы успеть!  Мчусь!  Вбегаю в школу.  Тишина,  идут уроки, то, что надо. Подхожу к классу и тихонько приоткрываю дверь. Мама стоит у доски.   Меня она не видит. Ученики смотрят на меня, а я прикладываю палец к губам. - «Тихо», и ставлю туфли на пороге.  Скрываюсь за углом.  ЖДУ!  Открывается дверь, мама  выходит в коридор, к ее груди прижаты туфли. На глазах слезы.  « ИРОЧКА, ТЫ ГДЕ?»  я не могу выйти, я плачу.

   

 Я и сейчас плачу. После ее смерти  жизнь моя разделилась на две части: когда я жила  и у меня была мама, и сейчас, когда ее нет.   И не правда, что время лечит.  НЕ ПРАВДА! Боль даже не притупилась! Я помню все! Я слышу ее голос  и вижу ее грустные глаза. И нет такого дня, чтобы я не вспоминала ее сама, либо кто – то   не напомнит мне о ней!

    Я ловлю себя на том,  что я постоянно с ней говорю и то, что в толпе я ищу ее.
А еще точно знаю,  что она смотрит с небес и говорит – « Молодец, Ирочка!».

     Она очень  любила сирень.  И каждую весну я заваливала ее букетами сирени.  Когда я в очередной раз появлялась на пороге ее дома с охапкой цветов, то ее глаза вспыхивали таким счастьем!   Она суетливо начинала бегать по комнате.   ища очередную вазу под цветы.  Потом,  закрыв глаза, она наклонялась к букету вздыхая неповторимый его аромат ,и подняв на меня глаза, смотрела  с такой благодарностью, которую  спустя столько лет, ощущаю как тогда!

     Мы на лето уезжали жить в деревню,  к бабушке, когда я еще училась в школе. Уезжали всей семьей. В тот год мы приехали чуть раньше с братиком. Недалеко от деревни был хороший лес. И я бегала с  деревенскими девчонками туда,  за ягодами.  А самое главное на лесных полянах росли цветы. Кто хоть раз видел полевые цветы, тот навсегда запомнит  красоту   этих неброских, но настолько элегантных цветов. Ни в какое сравнение с городскими они не идут. Зайдите в ромашковое поле.  И вы навсегда там оставите свою любовь к полевым цветам. А идти по полю ржи, где среди колосьев зерна затерялись васильки? Лучше не бывает, поверьте мне.                                                                                   И вот однажды я набрела на целое поле сиреневых цветов. Я до сих пор не знаю их название. Но я знаю, что их посадил колхоз  для пчел.  Я сразу подумала о маме.  Решила привести ее сюда. Придя домой,  увидела, что мама приехала.  подошла и говорю, - «Пойдем,  я тебе покажу такую красоту, какую ты не видела». И она  тут же пошла. Поле расположилось сразу за лесом. Дойдя до окончания леса,  я  сказала, - «ЗАКРОЙ ГЛАЗА»  и  повела ее за руку. Она тихо шла со мной.

    А теперь закройте глаза и представьте:  голубой  небосвод над вами, без конца и края, огромное,  как  мандарин,  солнце ,опускающееся  за горизонт. На небе ни облачка. Зеленый лес. Поворот.  Дошли. – «Открой глаза, МАМА!» -  она открыла глаза  и ахнув. обняла меня крепко.  Огромное сиреневое поле расстилалось перед ней.  Радости ее не было предела . Она радовалась как ребенок,  никогда не видела ее такой счастливой.

 

    МАМА! МОЯ родная! Милая мама! Сегодня я иду в твою школу. ЕЙ 50 лет. Там будет много твоих учеников и коллег,   которые будут с благодарностью вспоминать тебя. А я буду слушать о тебе тысячный раз,  и сердце мое будет сжиматься от боли, что тебя нет на таком большом празднике.  Поднимаюсь на сцену и смотрю в зал. Я ищу тебя взглядом. Тебя нет, но  знаю,  что ты меня видишь .Слезы катятся из глаз, но я иду,  буду говорить о тебе моя родная.  Я сильная!  И я  СМОГУ! Ради  тебя смогу все!   Слышу твой голос, - «Ты молодец, ИРОЧКА!»   Мой голос срывается, волнение комом встает в горле,  но я начинаю,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,   Читаю твое любимое стихотворение. ТЕБЕ МОЯ МАМА  Я знаю, что ты слышишь меня, родная моя!!!!!!!!!  

                                                                                                                                                                 По ночам звучит надрывный кашель.
Старенькая женщина слегла.
Много лет она в квартире нашей
Одиноко в комнате жила.
Письма были, только очень редко,                                                                                                         И тогда не замечая нас,                                                                                                                      Все ходила и шептала,

ДЕТКИ,  вам собраться  вместе хоть бы раз!
Ваша мать согнулась ,поседела,
Что поделать,  старость подошла,
Как бы хорошо мы посидели                                                                                                          Рядышком у этого стола.                                                                                                                            Вы под этот стол пешком ходили,                                                                                                     В  праздник пели до зари.
А теперь разъехались, уплыли,  улетели

Вот теперь пойди  и собери.
Заболела мать .И той же ночью.
Телеграф не уставал   кричать:

ДЕТИ, СРОЧНО!!! ДЕТИ! ОЧЕНЬ СРОЧНО!!!                                                                                      Приезжайте,  заболела мать!!!

Из Одессы,  Таллина,  Игарки,
Отложив до времени дела,
Дети собрались, да только жалко,
У постели, а не у стола.

Гладили морщинистые руки,                                                                                                          Мягкую серебряную прядь.
Почему же дали вы разлуке                                                                                                                     Так надолго между вами  встать                

Мать ждала вас в дождь и в снегопады,
В тягостной бессоннице ночей,
Разве горя дожидаться надо,
Чтоб приехать к матери своей?
Неужели только телеграммы
привели вас к скорым поездам?

Слушайте!!!!!!!!!! ПОКА У ВАС ЕСТЬ МАМА,
ПРИЕЗЖАЙТЕ К НЕЙ БЕЗ ТЕЛЕГРАММ!

И.К.А.Р.